Зачем центральному банку собственный капитал?

Международные обзоры показывают, что подавляющее число центральных банков придерживаются определенных правил распределения прибыли, однако ни у кого не регламентирован процесс урегулирования убытка или восстановления отрицательного капитала. Проблема решается на более низком, техническом уровне финансовой отчетности. Пример ФРС США вызывает особый интерес, поскольку он проливает свет на роль правил бухгалтерского учета при расчете капитала. На достаточность капитала центрального банка влияет не только учет финансовых инструментов по справедливой стоимости (что приводит к отрицательной переоценке) и механизм распределения прибыли, но и порядок ее расчета. Увеличение собственных средств за счет прибыли по правилам МСФО предполагает, что в капитал направляется прибыль после налогообложения. Во многих странах правительства облагают налогом 100% прибыли центрального банка, или безо всякого налогообложения она по законодательству полностью направляется в доходы госбюджета. В результате отсутствует возможность увеличения капитала в принципе. Это объясняет, почему следование международным стандартам финансовой отчетности делает центральные банки более уязвимыми, и почему значительная часть из них решила не принимать МСФО или адаптировать их не полностью.

Позиция Банка России в отношении проблемы капитала обладает рядом преимуществ. Во-первых, он частично применяет МСФО, что позволяет ему минимизировать угрозу отрицательного влияния убытков на собственные средства. Во-вторых, при одобрении Национального банковского совета (коллегиального органа, в который входят представители Федерального Собрания, Президента и Правительства РФ) Банк России в зависимости от внешних обстоятельств может гибко адаптировать порядок формирования провизии и распределения прибыли, остающейся в его распоряжении. В результате ежегодно капитал банка растет. В частности по итогам 2011 г. его капитал вырос на 37% или на сумму около 800 млрд руб.

Аналогичные правила, позволяющие сохранять прибыль на балансе, существуют во многих центральных банках. Однако каждое из них имеет свою специфику. К примеру, Европейский центральный банк придерживается асимметричного правила распределения прибыли. Он признает финансовые инструменты по справедливой стоимости, однако когда происходит учет финансового результата, то последний делится на реализованную прибыль и нереализованные убытки. Реализованная прибыль корректируется на нереализованные убытки, если таковые возникли в предыдущие отчетные периоды.

Шведский Риксбанк пошел еще дальше. Во-первых, его распределение прибыли с правительством происходит не по итогам отчетного года, а по итогам усреднения прибыли за 5 лет. Благодаря этому финансовый результат оказывается сглаженным во времени. Во-вторых, из финансового результата исключаются нерегулярные чистые доходы, возникшие под влиянием внешних обстоятельств. В частности исключается переоценка финансовых инструментов под влиянием колебаний валютных курсов и цены на золото. Таким образом, финансовый результат отражает процентные доходы по облигационному портфелю и рефинансированию.

В заключение следует отметить, что отношение к проблеме убытков и отрицательного капитала в значительной степени зависит от природы обоих явлений. Центральные банки делятся на три группы. В первую входят денежные власти, которые допускают длительные периоды убыточности и, как следствие, отрицательного капитала. К ним относятся Центральный банк Чили и Чешский национальный банк. Их убытки возникают от переоценки резервов и в силу финансового учета в национальной валюте носят «бумажный» характер. Как следствие, не возникает угрозы для достижения целей денежно-кредитной политики. Напротив, оба банка демонстрируют завидные устойчивые макроэкономические результаты.

С. Моисеев