Российский рынок: офшорность или открытость?

То обстоятельство, что в России он не пополняет ресурсы рынка капиталов, а питает их оттоки, свидетельствует о недоиспользовании потенциала рынка. Поэтому, если будут решены институциональные проблемы, касающиеся инвестиционного климата, стабильности, защиты прав инвесторов, преимущество потенциальной конкурентоспособности рынка, безусловно, реализуется. От институциональных перемен будет зависеть формирование в России рынка суверенного, зрелого, сильного, финансирующего экономический рост. Зависимость от внешних рынков ослабеет, что станет основой для доминирования внутреннего пула инвестиционных ресурсов и формирования независимого национального рынка капиталов.

Открытость и финансовая глобализация имеют двоякое влияние на стабильность классификации моделей рынков и жесткость ее критериев.

Во-первых, неравномерность развития товарных и финансовых рынков, усиливающаяся в условиях глобализации, быстро и значительно видоизменяет институциональную среду. Под влиянием глобалистских тенденций дерегулирование рынков в той же Латинской Америке сделало их ощутимо более свободными, стабильными и значительно приблизило к рынкам развитых стран. Об этом свидетельствуют обследования ряда развивающихся рынков Латинской Америки и Азии начала 2000-х гг. С этой точки зрения, возможно, содержательно модель латиноамериканского рынка начинает претерпевать кардинальные изменения.

Во-вторых, в условиях открытой экономики и финансовой глобализации абсолютно невозможным представляется функционирование самодостаточного независимого национального рынка. Экономическая интеграция и опосредующая ее финансовая глобализация предполагают неизбежный выход на глобальный рынок основных экономических агентов. Это делает небесспорным теоретический довод о большей эффективности автаркичного рынка и о катастрофичности и неизбежности утраты национального суверенитета в случае большей открытости.

Увеличение интенсивности обмена на мировом рынке капиталов и рост внешних притоков не следует оценивать в негативном ключе. Это данность. Опасны не сами по себе притоки внешнего характера, а институциональная неспособность их уловить и задержать в орбите национального рынка капиталов.

При неоднозначном влиянии глобализации на финансовые рынки следует признать ее объективный характер и сконцентрироваться на выгодах и преимуществах, которые несет активная интеграция российских игроков реального и финансового сектора на мировой рынок.

Безусловно, в этом процессе существует не затрагиваемая нами политическая составляющая, смыкающаяся с институциональным аспектом. В дискуссии о суверенитете финансовой системы мы поддерживаем ее определение как суверенной в той степени, в какой она «...обеспечивает доступ населения и субъектов реального сектора национальной экономики к заемному (в любых формах) финансированию на условиях, определяемых преимущественно внутри страны, а не за рубежом». Немецкий философ Карл Шмидт, идеолог консервативной революции и один из крупнейших теоретиков юриспруденции, отметил: суверен тот, кто принимает решение о чрезвычайном положении (в частности, по дефолтам на финансовом рынке). При банковской системе с превалирующей долей нерезидентов это невозможно по определению. В этом плане необходимо стратегически поддерживать национальные банки в их конкуренции с иностранными, соблюдая при этом договоренности, достигнутые при переговорах о вступлении в ВТО (не допускать превышения 50%-ной доли нерезидентов).

У России есть все условия и возможности превращения в мощный евразийский финансовый рынок - центр притяжения многих локальных рынков капитала.

А. Дворецкая