Европейская конституция и ее роль в валютной интеграции.

В Евросоюзе главным критерием оценки оптимальности распределения компетенций между различными уровнями управления интеграционными процессами традиционно является концепция субсидиарности. Ссылка на ее применение как важнейшее условие эффективного регулирования интеграции содержится практически во всех основополагающих документах ЕС, начиная с Римского договора об учреждении Европейского экономического сообщества и завершая Договором об учреждении Европейской конституции.

Изначально принцип субсидиарности ассоциировался с эволюцией государственной власти на различных уровнях вплоть до возникновения федеративного типа государственного устройства, или федерализма. Если низовые уровни госвласти оказываются неспособными эффективно принимать ответственные решения, подключаются более высокие инстанции, в том числе надгосударственные. Это означает, что ответственность за принимаемые решения более высоких уровней власти становится дополнительной (или субсидиарной) по отношению к низовым уровням. С развитием интеграции наблюдается дальнейшая эволюция принципа субсидиарности, в ходе которой происходит поиск оптимального взаимодействия между национальным, межгосударственным и наднациональным органами.

Принцип субсидиарности блюдут все коллективные институты ЕС (прежде всего Европейская комиссия, Совет Европейского союза и Европейский парламент) при осуществлении своих властных полномочий. Применительно к интеграционным процессам принцип субсидиарности означает, что решения о развитии и углублении интеграции должны приниматься на том уровне, на котором это наиболее эффективно. Неотъемлемой частью концепции субсидиарности является принцип пропорциональности, в соответствии с которым действия ЕС не должны выходить за пределы мер, необходимых для достижения целей учредительных договоров.

Практика применения принципа субсидиарности находится в прямой зависимости от исторических условий и конкретных результатов, достигнутых на предыдущих этапах интеграции. Понятие оптимального соотношения между уровнями, на которых принимаются решения, эволюционировало по мере углубления валютной интеграции и перехода к решению более сложных задач по ее реализации.

Амбициозные задачи Маастрихтского договора (с поправками и дополнениями, внесенными Амстердамским договором 1997 г.) об учреждении Европейского союза, основой которого должен стать Экономический и валютный союз, потребовали значительной консолидации механизма принятия решений с упором на повышение роли наднационального регулирования. Евросоюз в качестве первоочередной задачи призван "содействовать экономическому и социальному прогрессу, высокому уровню занятости и достичь сбалансированности и устойчивого развития, особенно путем формирования пространства без внутренних границ, ... и создания экономического и валютного союза, включающего в конечном итоге введение единой валюты в соответствии с пожеланиями настоящего Договора".

Сердцевиной ЭВС в соответствии с Договором является Европейский центральный банк (ЕЦБ). В его компетенцию входит проведение единой денежно-кредитной и валютной политики на базе общей европейской валюты и поддержание стабильности цен в регионе. Для реализации столь масштабных задач в течение относительно короткого периода (1994-1998 гг.) органы ЕС были поставлены перед необходимостью оперативно решить вопросы формирования институциональной, административной и юридической базы ЭВС, опирающейся на приоритет наднационального регулирования по сравнению с межгосударственным. В специальном докладе группы экспертов Евросоюза под руководством бывшего председателя Комиссии ЕС Ж. Делора (доклад послужил основой проекта создания ЭВС) подчеркивалось, что в условиях высокоинтегрированных рынков и полной либерализации движения капиталов невозможно на национальном уровне проводить эффективную денежно-кредитную и валютную политику, равно как и просто распределить полномочия в этом вопросе между национальными и наднациональными органами.

В. Пищик