Основные тенденции регулирования и эволюции фондового рынка России в 1996-1998 гг.

Гражданский кодекс содержал новые нормы, касающиеся акционерных обществ. В частности, согласно его трактовке закрытое общество отличалось от открытого лишь тремя особенностями: 1) оно не имело право проводить открытую (публичную) подписку на свои акции, 2) его акционеры обладали преимущественным (а не исключительным) правом на приобретение его акций,
3) численность акционеров закрытого общества не должна превышать 50.

В качестве гарантии кредиторам акционерного общества Кодекс вводил требование соответствия чистых активов общества размерам его уставного капитала, ограничивал долю привилегированных акций 25% уставного капитала общества и определял общие правила облигационного финансирования общества (ранее близкая по содержанию норма имела не такой высокий правовой статус, присутствуя лишь в соответствующей Инструкции Министерства финансов о порядке выпуска ценных бумаг).

Разумеется, Гражданский кодекс не может, да и не должен выступать в роли нормативного акта прямого действия, регулирующего рынок ценных бумаг. Вместе с тем его принятие стимулировало подготовку такого основополагающего документа, как Федеральный закон "Об акционерных обществах", принятие которого в ноябре 1995 г. стало первым важнейшим рубежом, отделившим временное и чрезвычайное законотворчество периода начала радикальных российских реформ (1990—1992 гг.) от законодательных мер, призванных создать стабильный правовой каркас рыночной экономики в России.

К моменту написания данной книги Федеральный закон "Об акционерных обществах" уже обрел многочисленных комментаторов, что позволяет нам остановиться лишь на тех его аспектах, которые имеют прямое отношение к рынку ценных бумаг. Так, Закон, вобрав и конкретизировав большую часть Положения об акционерных обществах 1990 г., ввел и принципиально новые нормы, касающиеся размещенных и объявленных акций (ст. 27), сформулировал голосующие права владельцев привилегированных акций (ст. 32), ввел понятия эмиссионной цены (цены размещения) ценных бумаг акционерных обществ (ст. 36) , дилерского спрэда при андеррайтинге (та же статья), создал нормативную базу для выпуска конвертируемых ценных бумаг (ст. 37—39) и для эмиссии прав (ст. 36, 40 и 41), правда, нерыночных.

Цена размещения была некорректно названа "рыночной". Видимо, разработчики Закона не учли, что при первичном размещении любой по счету эмиссии цена на вновь выпускаемые ценные бумаги устанавливается не как результат достижения рыночного равновесия спроса и предложения, а но несколько иным правилам, причем стороной, устанавливающей цену, является либо сам эмитент, либо эмитент при взаимодействии с андеррайтером.

Закон закрепил меры по обеспечению 'фиксации прав акционеров посредством ведения реестра акционерного общества, ранее регламентируемые Указом Президента Российской Федерации от 27 октября 1993 г. с изменениями от 31 июля 1995 г., придав императивный нормативно-правовой статус профессиональной деятельности по ведению реестров владельцев акций в обществах с количеством акционеров, превышающим 500 (ранее данная норма распространялась на общества с количеством акционеров свыше 1000).

Благодаря Закону в российском корпоративном праве появилась достаточно подробная регламентация порядка выкупа обществом ранее эмитированных акций как по инициативе самого общества, так и согласно волеизъявлению его акционеров (гл. IX), и впервые согласно ст. 72 были введены так называемые казначейские акции (акции, выкупленные обществом без намерения погасить их с целью уменьшения уставного капитала).

Принципиально новыми также являлись положения Закона, трактующие принцип аффилированности применительно к акционерным обществам (ст. 81).

Ю. Сизов